16+

«Знамя Октября». Газета Юкаменского района Удмуртской Республики

Главная / Статьи / Всем миром, сообща
06.05.2016 05:38
  • 81

Всем миром, сообща

Если опираться на справочник краеведа А.Галеева, то на татарском языке деревня эта называется Тегерман авыл, "тегерман" означает "мельница". Удмуртское же ее название Вукогурт, "вуко" переводится тоже как "мельница". Получается, по версии Галеева, название деревни к родникам отношения не имеет, а связана именно с мельницей.

Река Лекма издавна приютила на своих берегах множество населенных пунктов нашего района. Один из них — деревня Татарские Ключи

Доехать до Татарских Ключей не составляет никаких проблем, благо, дорога асфальтированная. Но уже у въезда в деревню мы с водителем редакционной машины заподозрили, что в саму деревню нам заехать не удастся: автомобили стояли на границе пресечения асфальта и грязи (дорогой это месиво назвать сложно), а поодаль люди ходили в больших резиновых сапогах, огромными шагами перескакивая с места на место, выбирая наиболее удачный для себя путь.
Я последовала примеру местных жителей и, перепрыгивая лужи и огромные глыбы грязи, добралась, как мне показалось, до центра деревни. Сказать, что этот населенный пункт маленький или вымирающий, никак нельзя. Дома, красивые и ухоженные, стоят длинными рядами, ни конца, ни края не видать. Тут же, рядом, красуются большие, благоустроенные двухэтажные — большая редкость даже для райцентра, а тут — в деревне!
Есть такая особенность деревенских жителей: заметив в деревне "чужого", они скорее пытаются выяснить, кто ты, откуда, с какой целью решил посетить их деревню, ведь обычно редко кто захаживает к ним просто так, без какой-либо цели. Да и самих жителей в таких деревнях редко встретишь на улице. Здесь же, Тат-Ключей ( именно так привыкли жители называть эту деревню), было многолюдно. Люди куда-то спешили, старички прогуливались по тропкам вдоль домов, местная деревенская молодежь вместе с "городскими пижонами", сидя на лавочке, что-то бурно и радостно обсуждала. И никто не был заинтересован моей персоной. "Наверное, здесь часто бывают гости," — решила я и даже немного обрадовалась от такой мысли.
Я подошла к молодым людям, сидящим на скамейке, и поинтересовалась, чем живет и дышит местная молодежь.
— В деревне сегодня жить нечем, — с уверенностью сказал парень. — Скотину держать невыгодно, в колхоз идти — тоже, достойной зарплаты нет. В город ездим: кто в Глазове, кто в Ижевске работает. Изредка, по выходным да праздникам приезжаем. Вот встретились с друзьями детства: сидим, рассказываем о своей жизни. Редко видимся, поэтому есть о чем поговорить.

Тут же, в центре деревни, я увидела небольшой деревянный домик со старившейся от времени вывеской "Магазин". Здесь меня радушно встретила продавец Дания Яшкина. В ее магазине достаточно уютно: большая русская печь посредь избы, на прилавках ровными аккуратными рядками разложен самый разнообразный товар. Дания Рафагатовна с улыбкой на лице встречает всех покупателей. А здесь их немало. Вот и когда я вошла, здесь уже выстроилась очередь из нескольких женщин, которые, советуясь с продавцом, тщательно выбирали товар.
- И в будни, и перед праздниками в магазине много покупателей, — говорит Дания Рафагатовна, попутно отоваривая покупателей и снуя туда-сюда по магазину.- Но, к счастью, товара у нас всегда хватает. Несколько раз в неделю бывает завоз, — и продавщица вновь убежала за каким-то товаром в подсобку.
Тем временем к разговору подключились женщины, ждущие своей очереди.
— У нас два магазина, — говорит одна из них, — но я люблю ходить именно в этот, райповский. И дело даже не в том, много ли, мало ли товара здесь, просто Дания всегда поможет и с выбором, и посоветует что-то повкуснее, и никогда просроченный товар не продаст. Отовариваясь в этом магазине, я остаюсь всегда довольной. Другой магазин у нас частный, и он нисколько не хуже райповского. Некоторым нравится ходить туда, а мне вот этот полюбился.
Немного понаблюдав за работой Дании Рафагатовны, я отправилась знакомиться с деревней дальше. Улиц в деревне много — целых восемь. Я решила пройти по главной с незамысловатым названием Центральная. Любуясь живописным видом на разлившуюся по полям реку, вдыхая полной грудью свежий воздух, я шла и думала о чем-то своем. Вдруг мое умиротворение прервал какой-то непонятный звук. Медленно обернувшись, я увидела перед собой мужчину, ехавшего верхом на коне. Мне стало любопытно, куда он держит путь.
— В соседнюю деревню Пасшур, — ответил Расиль Абашев. — Я там живу, а сюда на работу езжу. Каждый год по весне река разливается, и мы остаемся оторванными от цивилизации. Есть у нас в Пасшуре одна школьница, во время разлива она в школу не ходит, дома сидит, люди на работу выйти в соседние деревни не могут.
— А как же вы на лошади пройдете через реку? — удивляюсь я.
— Через деревню Сидорово, — отвечает он. — Там мелко, лошадь спокойно проходит, а вот человек не сможет. Так и езжу. Мог бы и не ходить на работу, уважительная причина, но жалко скотину на ферме. Никто ведь кормить ее не будет, кроме меня, кому сейчас охота чужую работу делать. Вот и у нас в деревне сегодня коровы голодными остались: трактор поехал через реку с кормом, да на бок свалился. Всем миром вытаскивали. Второй раз ехать не рискнули, решили подожать, когда вода в река немного спадет.
Мужчина уехал, а я, недоуменная и пораженная, так и осталась стоять на месте: это ж надо в 21 веке остаться без доступа к внешнему миру!

Немного придя в себя, я вошла в ближайший дом, чтобы познакомиться с его жителями. Здесь меня встретил пожилой мужчина лет 70. Представившись, я поинтересовалась его именем.
— Фидаиль Ясавильевич меня зовут, — сказал мужчина, — а фамилия моя Арасланов. Да у нас тут все Араслановы, лишь несколько дворов Балтачевых да Таушевых. Удмурты тут никогда и не жили, если только бесермяне, да и те хорошо говорят на татарском. Около 20 дворов всего было с бесермянами раньше. Мы их называли "кряшене", потому что все они были крещеные. А название деревни, как говорили старики, связано именно с ключом. Он один из самых больших в Удмуртии, или даже самый большой, уж не помню сейчас.
- Сейчас деревня у нас немаленькая, — продолжает Ф.Арасланов, — но раньше она была еще больше. Дворов 80-90 точно было. Молодых много было, дети в каждой семье по несколько человек. Даже школа была своя у нас, правда, начальная. Учили всех на татарском языке. После четвертого класса ходили учиться в Палагай. напрямую через лес, там тоже по-татарски учили. Нас тогда 12 человек ходило, поэтому не страшно было. Вскоре школу открыли и в Починках, правда, это был обычный двухквартирный дом. Но все ученики туда помещались. Так проучились мы с товарищами до седьмого класса. Потом пришлось ходить в Ежевскую школу, где все говорили то на удмуртском, то на русском языках. Ни того, ни другого мы толком не знали, поэтому вскоре мы с друзьями бросили учебу и пошли работать в колхоз. Здесь меня сразу направили в деревню Парзи обучаться на бригадира и заведующего фермой. Учиться я старался хорошо, хоть и трудно было, ведь за хорошую учебу колхоз платил 30 рублей в месяц. Этих денег мне хватало и на еду, и на житье.
- После окончания курсов, меня сразу назначили бригадиром, — вспоминает Фидаиль Ясавильевич. — За всю жизнь я сменил немало мест работы. Но я не жалуюсь, ведь именно так я освоил много профессий. Как вышел на пенсию, не стал дома сидеть, помогал односельчанам дома строить да печи устанавливать. Вот и мечеть у нас есть. В строительстве я тоже помогал. Раньше, говорят, у нас уже была мечеть. Но, как я помню, она не работала, там всегда зерно колхозное держали. Хорошо, что сейчас у нас снова есть такое священное место. Сходите, посмотрите на нашу красавицу.

По совету Ф.Арасланова, я отправилась искать мечеть. Дорога была неблизкой. По пути я увидела все татключевские учреждения соцкультбыта. Это и магазин, и клуб, в который и молодежь, и школьники, и люди почтенного возраста нередко приходят отдохнуть, пообщаться друг с другом. И вот, наконец, я увидела мечеть — гордость татключевцев. По словам жителей, строительство мечети начали в 2000 году. Инициаторами были Арасланов Шакертдин Гиниятович, которого сегодня уже нет в живых, и его сын Рахмай. А деньги на мечеть собирали всей деревней, да и в строительстве все помогали.

Впервые я уезжала из деревни с чувством спокойствия и удовлетворенности. Посетив Татарские Ключи, я поняла, что у этой деревени есть уверенное будущее. Просто не нужно опускать руки. Ждать помощи со стороны, скорее всего, бессысленно. И татключевцы это давно поняли. Поэтому они стараются делать все самостоятельно, сообща, всем миром, как это было раньше в деревнях.
Алина Гуляева.

Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите, пожалуйста, необходимый фрагмент и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам. Заранее благодарны!

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

Вверх