Меню
16+

«Знамя Октября». Газета Юкаменского района Удмуртской Республики

19.06.2020 07:17 Пятница
Категория:
Тег:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 24 от 19.06.2020 г.

Военные годы навсегда остались в памяти

Александр Захарович Саламатов.

У каждого человека своя книга жизни с немалым количеством страниц

В мае 1941 года я окончила четырехлетнюю начальную школу в своей деревне Жуки, а в июне началась война. К осени этого же года открыли семилетнюю школу в Жуваме, и нас, выпускников 4 класса, определили на учебу в эту школу. Осенью, по глубокой непролазной грязи, мы должны были пройти по всей деревне в лаптях, чтобы добраться до Жувамской школы. Мы убегали в Юкаменскую школу, но нас отправляли обратно. А что было зимой? Дикий холод в старом деревянном здании Жувамской школы и лютый 40-градусный мороз на улице всю зиму. Вскоре все мальчишки перестали ходить в школу, и их уже никто не возвращал. Из трех девочек учиться продолжали мы с подругой Женей. Тамара перестала ходить, потому что у нее умерла мать. Семья Жени– мать и четверо детей – жила так бедно, что у моей подруги не было варежек, и она заматывала руки тряпками. Когда мы выходили на тракт, то орали песни, чтобы не окоченеть. Именно орали, а не просто пели, это нас как-то согревало. А впоследствии семья Жени переехала в г. Лысьву.

Школу-то в Жуваме открыли, а где взять учителей, ведь мужчин забрали на войну. В 1942 году историю, географию, биологию и физкультуру нам преподавал Геннадий Семенович Владыкин. Нас удивило, что в школу к нам пришел такой молоденький, миниатюрный на вид преподаватель, но проработал он только до конца учебного года. Очень активной учительницей была в школе недавно ушедшая из жизни Ксенья Алексеевна Невоструева, она тоже вела несколько предметов в те военные годы. После окончания средней школы пришла к нам вести уроки математики Апполинария Трифоновна Одинцова. Многие предметы вообще не велись. К седьмому классу я осталась одна.

И вот конец учебного года. Помню, как-то весной я вышла в огород, чтобы выгнать гусей, и в левую ногу поперек всей ступни вонзился стебель от старой травы. Вытащить эту занозу мы не смогли, а завтра предстояло сдавать экзамены в школе. Пришлось идти в разной обуви, с трудом наступая на пятку больной ноги. Так ходила несколько дней, и наконец, получен аттестат об окончании 7 класса и даже похвальная грамота. Нога все время болела, а о больнице тогда не было и речи, наверное, маме было некогда обратиться к врачу. Она где-то узнала способ лечения народной медициной. Принесла из сенцев гусиные перья и стала их жечь на сковородке, а я над этим дымом долго держала больную ногу. После такой процедуры она смогла выдавить зловредную занозу. Потом нога уже не болела, и я почувствовала себя здоровой и счастливой.

В 8 классе я училась уже в Юкаменской школе. 9 мая мы как обычно пришли на занятия, и тут нам сообщили, что закончилась война. Все жители села и школьники собрались на митинг, здесь почтальон вручил мне письмо от отца, о котором три года не было ни одной весточки. Позднее выяснилось, что мой отец, Александр Захарович Саламатов, был в плену на территории Польши. Поезд, в котором он ехал на фронт, попал под вражескую бомбежку, и всех оставшихся в живых солдат взяли в плен. Домой отец вернулся в конце августа 1945 года. Что пришлось ему пережить в плену? А в мирное время, когда отца несколько раз вызывали в следственные органы? Наши родители оберегали нас и никогда не обсуждали в присутствии детей дома трагическую для отца тему. Да и сам он не хотел об этом вспоминать.

Он был очень трудолюбивым человеком, работал бригадиром, кузнецом, печником, успевал все делать дома, а еще был удачливым рыбаком. Когда отец бригадирствовал в деревне, его в очередной раз вызвали в село Юкаменское. По возвращению оттуда папа вышел на работу, но кто-то из жителей деревни во всеуслышание назвал его предателем и шкурником. На каждый роток не накинешь платок. После этого инцидента отец пошел работать кузнецом и долгие годы был настоящим мастером кузнечного дела. Представляю, что пришлось пережить тогда ему без вины виноватому.

Воспоминания о военном времени всегда в моей памяти. С началом войны все краски жизни померкли. Каждый день провожали мужчин на фронт и даже очень молодых. Забирали на фронт и лошадей. В нашей деревне остались две кобылы – одна слепая, другая глухая. Управлять ими подросткам было просто невмоготу, они даже плакали, когда лошади упрямо стояли на месте, не двигаясь, а надо было впрягаться в работу. Мы понимали, что надо пахать и сеять, выращивать хлеб для фронта. И все делали для этого, работая иногда ночью, но не оставляя ни одного колоска в поле. На своих плечах женщины таскали тяжелые мешки с зерном и могли усмирить молодых бычков, которые таскали бороны на пашне.

Но и в военные годы жизнь продолжалась, по вечерам после работы собирались на вечерки, ждали окончания войны. В нашем районе было много эвакуированных из Ленинграда. У нас в деревне жили две молодые женщины, которые помогали летом в сенокосную пору. В Юкаменском их было значительно больше. По возможности их устраивали на работу, иногда даже по специальности, снабжали их хлебом из Юкаменской пекарни.

В послевоенном 1947 году я поступила учиться в Глазовский учительский институт, и с этого времени для меня началась уже новая страница в моей жизни.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

25