Меню
16+

«Знамя Октября». Газета Юкаменского района Удмуртской Республики

15.01.2021 07:25 Пятница
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 1 от 15.01.2021 г.

Жила-была деревня Балясово

Никифор Иванович Дряхлов со своей женой Анисьей и жителями Балясово.

Исчезнувшие деревни. Воспоминания о них люди хранят в своей памяти

Хочу на страницах районной газеты поделиться своими воспоминаниями о бывшей деревне Балясово. Сегодня от деревни Балясово не осталось и следа, только балясовский пруд, наполняемый водами из местного родника, служит напоминанием о том, что здесь, в верховьях пруда, когда-то стояла красивая деревня. И как в любой деревне нашего района, росли высокие тополя, цвела черемуха и наливалась гроздьями красная рябина. Отсюда родом была моя мама Нина Леонтьевна Едигарева, которая вышла замуж за папу в Большое Доронино и стала носить фамилию Данилова. Родители были учителями, папа долгое время в школе директорствовал, в последние годы преподавал историю, мама вела уроки географии, биологии, химии. Куда только не перебрасывали их «сеять доброе, разумное, вечное»! Село Верх-Уни, деревни Засеково, Кельдыки. В последней наша семья жила в те годы, когда мы учились в школе.

Когда наступало лето, мама собирала нас с младшей сестрой Олей в дорогу, чтобы погостить у балясовского дедушки. Иногда бывало так, что мой дед Леонтий Матвеевич запрягал лошадь и выезжал к нам навстречу. Попутно закупался продуктами в Юкаменском, а встретив нас, усаживал на свой тарантас и увозил к себе в деревню. Когда проезжали Ешмаково, вдалеке виднелись верхушки балясовских тополей, мы, девчушки, радостно кричали наперебой: «Вон, вон, Балясово уже видно». Дети есть дети, но детские воспоминания остаются на всю жизнь. Мы всегда очень ждали эту единственную в течение года поездку, из Кельдыков выехать в Балясово для нас было пределом мечтаний.

Иногда из Кельдыков до райцентра нас подбрасывали на открытой школьной машине, а дальше мы отправлялись в Балясово пешком, если деду-бригадиру было совсем некогда. Почему-то путь вдоль лесной полосы не казался нам таким уж длинным, хотя шли пешком до Вежеева, через Уни-Гучин. По дороге собирали в ладошку землянику, ели зеленый горох на поле. Гучин проходишь, и по левую сторону от дороги шла тропинка на Балясово.

В Балясово, помню, нас сразу усаживали за стол. Пили чай, вскипяченный в самоваре на углях. Раньше чайные пары – чашечки с блюдцами – в магазине продавались редко, а у дедушки они были такие широкие, красивые. Возле стен деревянные крашеные лавки, а между ними стоял большой стол. У дедушки был свой стул, на котором сидел только он. Он сам разливал всем чай. Но прежде выдвигал ящичек в столе и разламывал кусок плиточного чая, чтоб заварить его в маленьком чайнике. Ставил его на самовар для распаривания. Потом доставал комкастый сахар и делил его кусачками на всех. Мы эти кусочки размачивали в чае со сливками и наслаждались радушием и гостеприимством дедушки и бабушки. Нам казалось, что ничего вкуснее этого чая на свете нет. А иногда дедушка вынимал из самовара сваренные вкрутую яйца в белом полотенце, и мы с удовольствием ели их.

Попьем чаю с дороги, отдохнем, а дедушка потом и говорит: «Вы, девчата, будете сейчас самовар чистить». Надо было нас чем-то занять. И приносил песок, тряпочки. А мы-то уж как его натирали до блеска – медный, красивого желтого цвета он так и «сиял» после наших стараний. Дедушке-то надо было, чтоб мы не бока натирали, а ручки, за которые поднимают самовар. Но дедушка нас все равно хвалил: «Молодцы, девчата».

Мне хорошо запомнился из детства такой момент, когда наша бабушка Мария Петровна в одиннадцать часов дня включала погромче местное радио, садилась на лавочку и слушала последние известия. Ее всегда интересовало, что происходит в нашей стране. В углу на полке стояли иконы, но мы никогда не видели, как бабушка и дедушка молились, хотя в разговоре они часто упоминали бога-инмара. Мебели в их доме почти не было, кроме одной железной кровати, стола с лавками и буфета на кухне. Приезжали к ним и наши двоюродные сестры, их родители. Гости спали на дощатых полатях, которые «нависали» над прихожей. Двоюродные сестры, которые были постарше нас, размещались на ночлег, взбираясь по лестнице на второй этаж амбара, и спали под пологом, чтобы комары не кусали.

Во дворе, как я помню, был «ковер» из зеленой травы, а на нем росли мелкие ромашки. Домашнюю скотину сюда не выпускали: курицы гуляли за двором, овец и корову выгоняли на пастбище не через входные ворота. На этом ковре одна протоптанная тропинка вела к амбару, а другая к погребу, где хранились молочные продукты, соленое мясо. Зимой в погреб заносили снег с соломой и утрамбовывали их, чтобы в теплое время года удержать в погребе холод. При входе в дом было крыльцо, и с правой стороны всегда летом висел умывальник. По утрам мы из него умывались, вода казалась очень студеной, и сон сразу проходил.

Напротив дома, где жили наши дедушка Леонтий Матвеевич и бабушка Мария Петровна, был дом Никифора Ивановича – отца Виталия Никифоровича, который долгие годы работал в районной ветстанции. Когда наступал вечер, он каждый день приходил к дедушке, о чем-то они неспешно разговаривали. Никифор Иванович был такой спокойный, покладистый, очень приветливый к нам, детям. Под стать ему была и баба Анисья, тоже тихая и добрая, мы, маленькие, даже бывали у них в гостях.

В деревне мы познакомились с сестрами Юрия Леонтьевича Трефилова Надей, Лидой и Алей. Надя была намного старше нас, а с Лидой и Алей мы вместе бегали, играли, были хорошими подружками. Сестры Виталия Никифоровича — Елена и Галина были старше нас. И сейчас, когда я встречаю Галину Никифоровну Яковлеву, Виталия Никифоровича Дряхлова, Эдуарда Даниловича или Юрия Леонтьевича Трефиловых, сразу вспоминаю Балясово, будто я снова побывала там, как в детстве. Все они чем-то похожи друг на друга, я долго думала и поняла, их всех объединяет искренность, доброта, спокойствие. Балясовцы даже по характеру почти все одинаковые.

Пока мы с сестрой Олей гостили в деревне, часто с бидонами спускались по крутому склону горы набрать ключевую воду для питья, или помогали поливать капусту в огороде. А когда встречались с подружками вместе провести время, гуляли по деревне, где оставалось на тот момент всего 6-7 домов. А раньше эта деревня была большая, сестра Юрия Леонтьевича показывала нам, где стояла ферма, и где деревенская молодежь собиралась на волейбольную площадку. За продуктами ходили в Уни-Гучин, там продавщицей в магазине работала тетя Лиза Семакина. Почтальонка с тяжелой сумкой газет, журналов и писем ходила из самого Юкаменского. И хоть совсем мало оставалось жилых домов в Балясово, но по красоте своей эта деревня не уступала даже крупным населенным пунктам, утопала в зелени деревьев.

Жаль, что этой деревни сегодня уж нет на карте района, как, впрочем, и многих других красивых в бытность свою малых деревень. Хоть бы колышек с надписью вбить, что здесь когда-то жили люди. Наш дедушка до конца своих дней жил в Балясово, его не стало в 1977 году. А бабушка, оставшись одна, перехала потом в райцентр. Так поступили многие балясовцы, переехав в более обжитые места. Сейчас, бывает, проезжаю мимо балясовских мест, когда ездим за ягодами или веники заготавливать. Хотя кроме пруда, от нее не осталось ни кола, ни двора, земли сплошь распахиваются и засеваются зерновыми.

А выходцев из Балясово, которых я с теплотой в душе встречаю в нашем селе, узнаю издалека и невольно вспоминаю свои счастливые детские годы. Наверное, не только у меня, у многих юкаменцев есть в памяти своя деревня, где жили бабушки-дедушки. Хорошо, что на месте исчезнувших деревень устраиваются в последние годы праздники деревень, на которых, по возможности, выходцы этих деревень и их родственники встречаются и вспоминают, что когда-то здесь кипела жизнь, народ работал и веселился.

галина ешмеметьева.

с. юкаменское.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

80